Шумит, шумит зеленый бор. Прядет паук -ловец узор Спешит домой сороконожка. Ей счастья хочется немножко. Ждут кошки во дворе обеда. Скакалку вертит непоседа. Плывут по небу облака, и льют дожди на дурака. Дурак растет не по часам, и врет, и верит себе сам. Сумятица и какофония. А где небесная симфония? Грома гремят вместо аккордов. Литавры страха бьют рекорды. Прощай год прошлый,  високосный. Грядет властитель лученосный, Шумит , шумит зеленый бор всем горестям наперекор. Воде — журчать и дуть ветрам. Огню с любовью строить Храм.

Черно-белое время шлёт прощальные письма. Строчки века прошедшего смыты дождем. Не найти и следов «измов» и романтизма. Не печалься, не стоит грустить  ни о чем. Нынче в моде не охра, белила прозрачные. Счет  игры  начинаем не с точки,  с нуля. Воскресают сюжеты  в финале удачные. В голубом ореоле  кружится Земля. По волшебному блюдечку яблочко катится. Видишь райские кущи, мой избранный брат? То ли стерпится слюбится эта сумятица, то ли  в вечных кострах догорит самиздат. Изумрудное пламя  — любовное знамя держит в нежных объятиях полюса. Проявляются  шпили небесного  храма. Слышишь,звонкие  ангелов голоса?

Мел на грифельной доске в ожидании… Шлет заветные слова мироздание.   Не в погоне за привычкой-синицею. За живой летит журавлик   водицею.   Загадай скорей желание, детка. Брось на дно реки прозрачной монетку.   Ослик радугу увидел семицветную. Красит Солнце  золотым пору  рассветную.

Дым исчезает и течет вода сквозь пальцы. Молчи, молчи, молчи! Ты — свет в ночи. Невидима Луна. Её стежки на пяльцах соединяют тишину с реальностью. Молчи!   Ошибок больше не прощают здесь. Все, что построено на спешке — рассыпается. Поток энергии смывает злобу, месть. Кто может стать водой, водой спасается.   Остановись. не двигайся, услышь не внешний  шум . а мудрость тишины. Молчание тебе подарит силу, мой малыш. Почувствуй и храни мелодию Луны.

Копилка снов была полным-полна. Порхали бабочки в сиянии волшебном. Ах, все бы хорошо, но не хватало сна о времени спокойном, безмятежном…   Травинки гнулись от росы тяжелой, сгорали под горячим летним солнцем. К стволам сосновым льнули смолы. Клубился дым над теремным оконцем.   Взволнованы сидельцы в теремах. Запасы давние щедрот лесных иссякли. Игра одна в просторах ветхих — мат и шах Дырявых стен не сберегут волокна пакли .   Сто метров ткани  —  новая чалма. Увы, в чалме нет сердца и ума.