В жёлтом платьице летнем стоишь на причале. Катера — пароходы  гудят от печали. То короткий, то длинный гудок — злое эхо возвращает мелодии прошлого века. Эту  низкую  ноту   в уме пропоёшь. Встрепенётся в осоке  заспанный ёрш. Эх,  найти бы тональность задорно-мажорную, чтобы песенку спеть. степную, просторную. Обронила платок в воду речки нечаянно. Подломился мосток под ногой от отчаяния. Время снова и снова гонит синие волны- стань умнее, копи  света мудрости зёрна. Только всё понапрасну, даже если прекрасно. миг, другой, стало белое красным. Платье жёлтое  это — флаг разлук на причале. Ветер песни поёт, лодку в волнах качая… Жизнь — поток  непрерывный. не повернуть…. Труп врага проплывёт пред тобою , возможно……

Смешивая красное и жёлтое  вино разливая по бутылкам осень, открываем  вновь прозрачное окно в мир печальных истин. Семь и восемь. И двенадцать  строем маршируют. Волос тоньше, жилка у виска. Замечаешь — не ревную, не ревнуют… Крылья обожгло у мотылька. Переход с той стороны на эту по зелёному, по вечному зелёному. Что же делать, непривычен к свету.. Что же делать с шляпою соломенной? Семь семёрок сосчитав , сороки закружили   над макушкою седой. В восемь,  Ангел встретил у порога. С ядовитой «ангельской трубой». Вострубил. И полночь так близка. Все двенадцать заждались  скитальца. Чаще  Лета  видится  во сне, а не река в синем платье…Бабочки пыльца горло метит радужной дорожкой. Не сказать, не вымолвить…

Верба цветёт, губы в жёлтой пыльце, Нить паутинки в дарёном кольце. Ты – не загадка, ты – не потеря. Вербы в цвету, не утеряна вера. Нить золотая, не паутина Вывела к свету от старого тына. Есть у колечка две половины — не виновата, и ты не повинен. В этой истории грусти немало, Но паутинной судьбы не вязала. Есть у Души иное призванье – нежность дарить и прощать в небе дальнем. Где вода, там и верба; где верба, там и вода. Верба красна — Бьет напрасно; Верба бела — Бьет за дело Звон колокольный – нет его лучше — Слышу, и значит, закон не нарушен. Где-то в овраге куст золотится, Песня…

Слева — возможность  осилить дороги начало. Справа —  посох из меди,  подсказка, вектор. Нет дороги прямой, середина венчает две  волнистые линии.  Божий прожектор. Тут и сказке конец.  Властелины колец чинят старую  сетку рыбацкую, для того, чтоб любой молодец ,наконец, пас рыбёшку  в реке, сбросив шапку дурацкую. -Где храните вы мудрость? —  спросили ханжу. -Мудрость спит на диване, а я сторожу… Погожу-погожу, похожу, полежу, а потом сторожу…Ясно даже  ежу. Даже ясно, понятно  ежу. Я её сторожу — Делу время, потехе — лишь час. Почему? Вот. к примеру, купил я точилку… Карандашный запас с перьевым во дому я чиню день-деньской до опилок. А потом зависаю над чистым листом. Это, значицца, час  для…

Как легко проникает в гортань голубая водица из небесной реки, превращаясь в земные слова. В книге главной прочитана зимней пороши страница, тает снежное время под солнцем высоким, трава заполняет проталины новой зеленой заплаткой. Ветер апрельский целует деревья  украдкой Всё, что спало впотьмах, обретает былые одежды, набухают на ветках живые ключи бытия, в сердце льётся пьянящая сила надежды и рождаются песни про капли дождя и моря Земля умывается солнечной теплой  рекой.. Проснувшийся шмель нарушает жужжаньем покой. Пришла пора весенняя, Пришла пора цветения. И, значит, настроение У всех людей — весеннее! Первоцветы неспешно беседуют  с ветром. Запах смолок  сосны на пригретой опушке, Клейкий листик березы, серёжки- веснушки. Дарит опыт любовный деревьям солнышко…