Сто тысяч лет звучат литавры грома вслед молниям меж облаков эфира. Сто тысяч лет дожди идут над миром Восточно-Африканского разлома. Пульсирует Афарский треугольник, не сдвинет континент волшебник черный. В кругу танцуют весельчак коверный, пророк, и моря Красного невольник. Земля, во власти силы центробежной, вода прозрачная заполнила провал. Играет с солнечным лучом коралл. И жизнь, и смерть в пустыне неизбежна.

На миг теряешь над собою власть, едва почувствуешь укол внезапный. Приснится страшная акулья пасть и колокольный звон цепей этапных. Ты хочешь все забыть, начать сначала. поверить, что исправятся ошибки. Стотонный якорь держит на причале кораблик, полный страхов и убытков. Не верь газетным строчкам, докторам, речам витиеватым, в лужах всплескам. Шарам надутым, облачным штанам, фантазиям узорным — арабескам. Прислушайся… Услышишь дальний зов Души твоей, сияющей в потемках. Поддержит бережно, избавит от оков, подарит мудрость предков и потомков.

Дорога серая петляет меж лесов. Волк лапой наступил на камень острый. Гортанный крик встревожил стайку сов, пророчащих во мраке листьев пестрых. Угукают, да ухают дозоры, сулят рожденье дочерей и половодье. Всё врут. Сияют звездные узоры, являя истину лошадке и поводьям. Под лампой кружат в вальсе светлячки. Круги от камня. брошенного в воду расходятся, незрячему очки помогут вряд ли.. .Мирному народу глашатай волн несет благую весть. Елей хранит кувшинчик храмовый до срока. Срывает маски свет. И ненависть, и месть — симптомы общества сердечного порока. Стрелец натягивает тетиву на лук, в колчане бирюзовом чудо-стрелы. Любовь сердечный исцелит недуг. Плывет весне навстречу город белый…

Девять вокзалов, девять вокзалов проводов, встреч, обещаний, прощаний. Грустные блюзы больших расстояний, вальсы зеркальные звездных порталов… Девять вокзалов, девять вокзалов — акупунктурные точки столицы. Летопись рельсовых сериалов. Первый сезон. «Над гнездовьем Жар-Птицы». Девять вокзалов, девять вокзалов — памятный узел железнодорожный . Рельсы и шпалы жизнью связали, чтоб невозможное стало возможным. Путник усталый нарзаном измучен, в пробках дорожных теряет терпение. Только десятый вокзал не изучен, только десятый — дарует прозрение…

В конце концов — к началу всех начал, к причалу, где младенец закричал впервые в новом царстве весть благую — рождение луча. Где глыбу голубую воды мороженой луч красил в желтый цвет, как будто  в желтом дне изъяна нет. Мы, дети желтых субмарин, искали чудо в морях, где водятся киты . Вдруг, наши судна, устав от  власти золотой над сетью темной, всплывают в мир совсем иной — бездонный. Еще вчерашних облаков пугает сажа, но Капитан  пустынных  саг нам Слово скажет — и растворится долгий бой с тенью. Дарован детям белый плат, весенний…