Несовершенный дух в туманности стихий, среди миров конечных, средь пороков, средь добродетелей учтенных, где стихи отмерены и взвешены, средь сроков, назначенных по лестнице снующим; в еде с питьем сыскавший утешенье, среди толпы ,условности жующей, век коротал в сомненьях со смиреньем. Желанный миг, для зрения услада, для слуха- возвращенный эхом звук, менял на радости реальность ада соединеньем нежных женских рук. Клетчатку яблока глотал тупой червяк, прокладывал тоннели в сферы знанья. Дух -совершенный мир искал, дверной косяк молитвой защитив от мирозданья. Лечил болезни духа подорожник, из зерен бражка, вересковый эль. Печалью черной план чертил чертежник, с чумазыми, сгоняя сонный хмель. Дочитан до последней строчки свиток, за вестью весть почтарик-ангел шлет. Воспламенился…

Пару деньков и короткая ночка, стрелки покажут тебе направление. В азбуке древней отсутствуют точки, солнечный знак — ключ скрипичный- спасение. Душу травить подголоском серебряным? Память услужливо ман выдает. Смерчем пустынным, песка откровением, тайной числа и стечением вод не объяснить соответствия будней чуду -всемирно печально известному. Мне за тобой по воде? Нет, не трудно. Но и тебе — на Голгофу, по крестному. В день равноденствия — правило выбора мы изучали , в кольце — селенит. Элли по желтой дорожке от кибера в милый для сердца Канзас убежит. Пробкой машинной забита отдушина. Ток изумрудный — исхода магнит. Грозы пророка — законы нарушены. Крученый тросик. Пусть сердце болит, пусть разгорается свечкино пламя, влево…

  От «А» до «Я» — в котомке Книгоноши, не коробейник, торговаться неуместно. Не делит мир на гадких и хороших, под Солнцем есть золе с алмазом место. Бродить ли, бредить, пить ли в баре бренди, глотать земную пыль, давать обеты — не больше в этом смысла, мой эффенди, чем в киевской поджаристой котлете. На первый взгляд -бессмыслица. Ваш хаос- близнец с моим придуманным порядком. Мечта и нищета, как белый парус листа с шифровкой жизни из тетрадки. Прощаются, встречаются планеты, июльский дождик возвращает ритмы веселых танцев розовых рассвета. Пой, иволга, для Рут, немые мимы движения души не воплощают. Беззубая улыбка новичка, двух рыб затейливых извечное прощанье. На этот раз, мы сорвались…

  Ласковым, нежным может быть солнышко… Снова рассвет в серой дымке. Отрада в голосе, чуть хрипловатом. Что с горлышком? Проводы,доводы, вывод — досада. Мы не вернемся, как прежде, к началу, да и не нужно. В аренду сдается маленький домик для тех, кто причалит к серой лагуне в галактике солнца. Розы не пахнут, жара сонным маревом глушит аккорды планетных симфоний. Вместе, не порознь, летим звездным заревом… Поздно меняться, печалей агонии свились в клубок ядовитый — террариум. Что же ты медлишь? Бесстрастные камни стерли разлуки. Плебеи ли, парии, в танце едином любви полигамны…

  Звуки флейты разбудили Рощу фей. закрывай глаза — увидишь сказки. Грезы сонные? Реальность, крошка Рэй. Эльфы над цветками…Красной краски не жалеет живописец -лето, что же… Можно ли увидеть ветер, гром, или жар в печи? Любовь, похоже, сердцем видим… Уплывает сом в омута глубинку, весь в сомненьях, сон-трава подарена дождями. Милый Рэй, плоды даров осенних соберешь в свой срок… Усни, упрямый. Сеть из лунной пряжи довяжу, будешь рыб ловить в небесной речке. Эльфы пчелку дразнят: «Жу-жу-жу…» Спи мой мальчик, славный человечек.