Серповидный страж охраняет границу доверия, вынимает ключ из замка ,искалеченного коррозией. Распускает клубок Пенелопа ночных суеверий, Женихов напоив виноградною терпкой амброзией… Одиссей с одноглазым сразился.Заблеяла в страхе овца. Кол обугленный ловко вонзил в средоточье зрачка, и слепой ненавистный циклоп пропустил беглеца меж мирами спиралей гороховых в порт золотого стручка. Странник в синем просторе, сирена спешит на морскую панель, голос сладок и красен наряд …чуть ослабнет безумец, пропадет, повторяя веками затейницы страстную трель- «до-ре-ми» -песнь рыбешки попавшей на острый нептунов трезубец. Полнолуние. Ждет Пенелопа от милого мужа вестей, узелки расплетая дороги туманной в желанный рассвет… Дремлет страж, убаюканный вздохами донных камней, волны к берегу льнут, омывая запутанный странника след…

  Стреножить коня ли буланого на скаку, коснуться рукою ли красного бока брусники, иль вторить кукушке, пароль и отзыв «ку-ку», земле подвенечное платье кроя из солнечных бликов? Вода журчала, и речь сбивалась с пути, заботы ночные ложились камнем под ноги. На поле картофельном , чтобы клубни спасти зажгли костры из цветов фиолетовых боги. Полоска несжата на поле пшеничном для птиц, синице -малость, прожорливы нынче вороны. Сорняк веселый цветет там, где розы падают ниц пред пламенем синим созвездия Ориона.. На луковой грядке -желто -зеленые стрелы готовы к полету за гряды скалистых гор, да лучник уснул после праздничного обеда и дышит не в такт, и расстроен ангельский хор. Волнуется ветер ( характер…

  На разломе земной коры твоя раскладушка, парус белый -простынный квадрат, ветра истрепали. В изголовье — сиянья северного подушка, а в ногах — одеяло востока лоскутной печалью. Барабан африканский торопит раскатами грома, видя всполохи молний над ширью Белого моря. На борту бригантины иссякли запасы гавайского рома робкий тенор Ямайки подростку Лоретти вторит. Эпохальные странники в облачных колесницах невесомо летят перелетными птицами в синь… Раскладушка твоя — маяк и мостик, страница в книге вечных спиралей ,живая закладка, сын..

  Слышишь, из утренних птичьих песен Ткачихи сплетают судьбу, воды зачерпнув в колодцах рубиновых звездных Льва. Слышишь, молчание августа плотной завесой упало в печную трубу, жаркого лета огонь приглушая. Зима запасает сухие дрова. Яблокам сладким покоится в мирной садовой корзинке до нового года, яблокам кислым до осени сок запасать, до грядущего Спаса Всех новостей поважней постоянство изменчивой девы-погоды. Слышишь, пропел воробей, вестник осени, песню медового кваса…

  Чуть поблекший от жгучего южного зноя зеленый ковер колких трав — это все, что оставит мне лето в наследство. Виноградин прозрачно-лиловых бессмысленный спор о величии избранных гроздей для винного детства, шорох старых газет, шепот желтых хамсинов пустыни, перебор торопливый минорный испанской гитары, острый перчик чилийский и горечь целебной полыни- это все , что осталось от летних любовных пожаров.